+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

Особенности врачебной тайны в эпидемиологии 2019 год

К деонтологическим вопросам ухода за больными можно отнести и необходимость сохранения врачебной тайны. Медицинские работники не имеют права разглашать сведения о больном глубоко личного, интимного характера. Однако это требование не относится к ситуациям, представляющим опасность для других людей: венерические заболевания, инфекционные, инфицирование вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ), отравления и др. В этих случаях медработники обязаны немедленно информировать соответствующие организации о полученных сведениях. С целью проведения санитарно-эпидемиологических мероприятий в очаге при выявлении инфекционного заболевания, пищевого отравления или педикулёза медицинская сестра в течение 12 ч с момента установления диагноза обязана информировать санитарно-эпидемиологическую станцию по телефону и одновременно направить туда заполненный бланк экстренного извещения (форма №058/у).

Ошибки и медицинские правонарушения

Соблюдение медицинским работником морально-этических норм предусматривает не только выполнение своих обязанностей, но и несение ответственности за уклонение или непрофессиональное выполнение своих обязанностей. В деятельности медработника могут встретиться как ошибки, так и медицинские правонарушения.

Ошибки в медицинской практике связаны с заблуждениями. Медицинские правонарушения обусловлены недобросовестным отношением к своим профессиональным обязанностям. Подобным правонарушением является, например, неправильное введение лекарственных препаратов, особенно сильнодействующих, что может привести к трагическим последствиям. Административную ответственность несут медицинские работники за нарушение правил хранения и учёта ядовитых, сильнодействующих и наркотических средств (ст. 6.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях). К медицинским правонарушениям относят также неоказание больному помощи без уважительных причин (ст. 124 Уголовного кодекса Российской Федерации). «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» (1993) регламентируют юридическую ответственность медицинского работника за причинение вреда здоровью граждан.

· Ст. 66 — «Основания возмещения вреда, причинённого здоровью граждан».

· Ст. 67 — «Возмещение затрат на оказание медицинской помощи гражданам, потерпевшим от противоправных действий».

· Ст. 68 — «Ответственность медицинских и фармацевтических работников за нарушение прав граждан в области охраны здоровья».

· Ст. 69 — «Право граждан на обжалование действий государственных органов и должностных лиц, ущемляющих права и свободы граждан в области охраны здоровья».

В зависимости от степени тяжести совершённых правонарушений медицинский работник подвергается административным взысканиям (выговор, строгий выговор, перевод на менее оплачиваемую работу и т.д.) или же привлекается к ответственности согласно существующему законодательству. Таким образом, уход за больными предполагает правовую ответственность медицинских работников, помимо чёткого выполнения ими своих должностных обязанностей и соблюдения принципов медицинской деонтологии.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Этические нормы общения с психически больными. Врачебная тайна в психиатрии.

В профессиональной деятельности психиатра особо значима роль правильного этического поведения, что обусловлено характером его взаимоотношений с пациентом и спецификой возникающих при этом моральных проблем. Психиатрия располагает мощными средствами воздействия на человека, поэтому и потому вопросы психиатрии оказываются объектом пристального внимания со стороны общества.

В России в 1994 г. разработан

Кодекс профессиональной этики психиатра

основные положения которого:

1) профессиональная компетентность врача-психиатра

2) психиатр не вправе нарушать заповедь врача: «Прежде всего не вредить»

3) всякое злоупотребление психиатром своими знаниями и положением врача несовместимо с профессиональной этикой

4) моральная обязанность психиатра — уважать свободу и независимость личности пациента, его честь и достоинство, заботиться о соблюдении его прав и законных интересов

5) психиатр должен стремиться к установлению с пациентом терапевтического сотрудничества, основанного на взаимном согласии и взаимной ответственности

6) психиатр должен уважать право пациента соглашаться или отказываться от предлагаемой психиатрической помощи после предоставления необходимой информации

7) психиатр не вправе разглашать без разрешения пациента или его законного представителя сведения, полученные в ходе обследования и лечения пациента и составляющие врачебную тайну

8) при проведении научных исследований или испытания новых медицинских методов и средств с участием пациентов должны быть заранее определены границы допустимости и условия их проведения

9) моральное право и долг психиатра — отстаивать свою профессиональную независимость; во взаимоотношениях с коллегами быть честным, справедливым, порядочным, уважать их знания и опыт, быть готовым передать свои профессиональные знания и опыт.

Врачебная тайна в психиатрии

Согласно статье 11 закона РБ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» врач-психиатр обязан хранить врачебную тайну (сведения о наличии у гражданина психического заболевания, фактах его обращения за психиатрической помощью и лечения, а также иные сведения о состоянии психического здоровья). Предоставление таких сведений возможно лишь по обоснованному письменному запросу государственных органов (контролирующих, судебных и правоохранительных органов).

Особенности врачебной тайны в эпидемиологии

О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ

от 2 июля 1992 года N 3185-I

Статья 9. Сохранение врачебной тайны при оказании психиатрической помощи

в редакции от 21.11.2011г.

Сведения о наличии у гражданина психического расстройства, фактах обращения за психиатрической помощью и лечении в учреждении, оказывающем такую помощь, а также иные сведения о состоянии психического здоровья являются врачебной тайной, охраняемой законом. Для реализации прав и законных интересов лица, страдающего психическим расстройством, по его просьбе либо по просьбе его законного представителя им могут быть предоставлены сведения о состоянии психического здоровья данного лица и об оказанной ему психиатрической помощи.

Комментарий к статье 9

1. Согласно ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, ст. 24 Конституции Российской Федерации запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия. Эти положения Конституции относятся и к сведениям, составляющим врачебную тайну, т.к. они могут быть разглашены лишь по просьбе самого лица, страдающего психическим расстройством или его законным представителем, а также в случаях, специально установленных законом.

В медицинской этике и деонтологии принцип неразглашения сведений о пациенте именуют обычно конфиденциальностью». Встречается данный термин и в юридических документах. Так, Президент России своим Указом от 6 марта 1997 г. N 188 » Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» (СЗ РФ. 1997. N 10. Ст. 1127) утвердил шесть групп (категорий) таких сведений. Четвертую группу составили сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами. Первой среди них значится врачебная тайна.

2. Комментируемая статья устанавливает перечень сведений, составляющих врачебную тайну. К ним относятся сведения:

— о наличии у гражданина психического расстройства — любая информация, которая свидетельствует о том, что лицо страдает психическим расстройством;

— о фактах обращения за психиатрической помощью и лечении в учреждении, оказывающем такую помощь, — любая информация, свидетельствующая об обращении лица за психиатрической помощью (независимо от результатов) и лечении его в учреждении (независимо от вида учреждения, вида и продолжительности лечения и т.п.);

— иные сведения о состоянии психического здоровья — информация о психических расстройствах, которые имелись или имеются у гражданина.

Например, вместо «Московская городская психиатрическая больница N 1» именовать «Московская городская больница N 1».

Это интересно:  Презентация на тему врачебная ошибка 2019 год

5. В соответствии с ч. 5 ст. 31 Основ , каждый гражданин имеет право в доступной для него форме получить имеющуюся информацию о состоянии своего здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного лечения.

Информация о состоянии здоровья гражданина предоставляется ему, а в отношении лиц, не достигших возраста, установленного частью второй статьи 24 настоящих Основ, и граждан, признанных в установленном законом порядке недееспособными, — их законным представителям лечащим врачом, заведующим отделением лечебно-профилактического учреждения или другими специалистами, принимающими непосредственное участие в обследовании и лечении.

Информация о состоянии здоровья не может быть предоставлена гражданину против его воли. В случаях неблагоприятного прогноза развития заболевания информация должна сообщаться в деликатной форме гражданину и членам его семьи, если гражданин не запретил сообщать им об этом и (или) не назначил лицо, которому должна быть передана такая информация.

Гражданин имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, и получать консультации по ней у других специалистов. По требованию гражданина ему предоставляются копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны.

Информация, содержащаяся в медицинских документах гражданина, составляет врачебную тайну и может предоставляться без согласия гражданина только по основаниям, предусмотренным статьей 13 настоящих Основ.

6. Статья 13 Федерального закона от 21.11.2011 N 323- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» устанавливает случаи, когда информация о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. Гражданину должна быть подтверждена гарантия конфиденциальности передаваемых им сведений.

Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, указанных ниже.

С письменного согласия гражданина или его законного представителя допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях.

Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается:

— в целях проведения медицинского обследования и лечения гражданина, который в результате своего состояния не способен выразить свою волю, с учетом положений пункта 1 части 9 статьи 20 настоящего Федерального закона;

— при угрозе распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений;

— по запросу органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством, по запросу органа уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением уголовного наказания и осуществлением контроля за поведением условно осужденного, осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, и лица, освобожденного условно-досрочно;

— в случае оказания медицинской помощи несовершеннолетнему в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 20 настоящего Федерального закона, а также несовершеннолетнему, не достигшему возраста, установленного частью 2 статьи 54 настоящего Федерального закона, для информирования одного из его родителей или иного законного представителя;

— в целях информирования органов внутренних дел о поступлении пациента, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что вред его здоровью причинен в результате противоправных действий;

— в целях проведения военно-врачебной экспертизы по запросам военных комиссариатов, кадровых служб и военно-врачебных (врачебно-летных) комиссий федеральных органов исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная и приравненная к ней служба;

— в целях расследования несчастного случая на производстве и профессионального заболевания;

— при обмене информацией медицинскими организациями, в том числе размещенной в медицинских информационных системах, в целях оказания медицинской помощи с учетом требований законодательства Российской Федерации о персональных данных;

— в целях осуществления учета и контроля в системе обязательного социального страхования;

— в целях осуществления контроля качества и безопасности медицинской деятельности в соответствии с настоящим Федеральным законом.

7. За разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, возможно наступление дисциплинарной и уголовной ответственности. Уголовный кодекс РСФСР содержал отдельную статью, устанавливающую ответственность за разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, лицом, которому эти сведения стали известны в связи с исполнением им своих служебных или профессиональных обязанностей (ст. 128.1 УК РСФСР). Действующее уголовное законодательство такой специальной нормы не содержит, а уголовная ответственность наступает по ч. 2 ст. 137 УК РФ за незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, если эти деяния совершены лицом с использованием своего служебного положения.

Если сведения, перечисленные в ст. 9 Закона о психиатрической помощи , стали известны посторонним лицам не при исполнении ими своих служебных либо профессиональных функций, то обязанность не разглашать и не распространять эти сведения носит моральный характер.

8. Неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, либо предоставление гражданину неполной или заведомо ложной информации, если эти деяния причинили вред правам и законным интересам граждан, влечет за собой уголовную ответственность согласно статье 140 Уголовного кодекса РФ .

Для комментария использованы материалы:

«О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН

ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ» А.А. РОЖДЕСТВИНА 2006

2) «ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ОБЛАСТИ ПСИХИАТРИИ. КОММЕНТАРИЙ К ЗАКОНУ РФ «О ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ И ГАРАНТИЯХ ПРАВ ГРАЖДАН ПРИ ЕЕ ОКАЗАНИИ», ГК РФ И УК РФ (В ЧАСТИ, КАСАЮЩЕЙСЯ ЛИЦ С ПСИХИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ)» ИНСТИТУТ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР СОЦИАЛЬНОЙ И СУДЕБНОЙ ПСИХИАТРИИ ИМ. В.П. СЕРБСКОГО

2002 Под общей редакцией академика РАМН, доктора медицинских наук, профессора Т.Б. Дмитриевой. Издание второе, исправленное и дополненное.

Особенности врачебной тайны в эпидемиологии

Библиографическая ссылка на статью:
Павлов А.В. Проблемы правовой охраны медицинской тайны в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения // Современные научные исследования и инновации. 2016. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://web.snauka.ru/issues/2016/12/75695 (дата обращения: 29.03.2019).

Гражданско-правовая охрана нематериальных благ участников общественных отношений осуществляется в различных правовых формах, но в значительной мере, она представлена посредством охранительного (регулятивного) воздействия на поведение участников, в том числе, путем защиты принадлежащих им благ (прав) в случае посягательств на них.

В теории гражданского права гражданско-правовое охранительное воздействие определяют как «форму «гражданско-правовой регламентации особых отношений, возникающих в связи с нарушением прав и интересов одного или нескольких субъектов, состоящую в охранительной координации поведения этих равных участников с учетом приоритета одного (нескольких) сталкивающихся интересов» [1, С.53].

Действующее российское законодательство предусматривает ограничения отдельных прав гражданина в интересах санитарно-эпидемиологического благополучия населения, что дает основание для высказывания предположения о приоритете в отдельных случаях этого блага перед иными благами, в том числе, перед медицинской тайной гражданина. (Легальное обозначение этой тайны – «врачебная тайна», однако, в дальнейшем по тексту применяется термин «медицинская тайна» – как наиболее полно отражающий его сущность).

Это интересно:  Врачебная ошибка статья в уголовном кодексе 2019 год

Если предполагается приоритет санитарно-эпидемиологического благополучия населения над медицинской тайной гражданина, то каков объем (пределы) приоритета – если подобное измерение возможно?

До того, как приступить к исследованию, необходимо отметить, что санитарно-эпидемиологическое благополучие населения может выступать в различных аспектах, имеющих отношение к настоящей теме, таких, как:

-область сферы здравоохранения;

-нематериальное благо, принадлежащее отдельному гражданину и представляющее частный интерес, а также принадлежащее публичным образованиям и представляющее публично-правовой интерес;

Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения Федеральным законом от 30.03.1999г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» [2] определяется как «состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности».

Относительно необходимости формирования правового режима санитарно-эпидемиологического благополучия населения также следует ответить утвердительно, исходя из того, что под правовым режимом понимается «порядок регулирования, который выражен в комплексе правовых средств, характеризующих особое сочетание взаимодействующих между собой дозволений, запретов, также позитивных обязываний и создающих особую направленность регулирования» [3, С.243]. Без формирования правового режима санитарно-эпидемиологического благополучия населения, воздействие на его поведение, может оказаться неэффективным.

Уже при формализованном подходе, на вопрос о том, является ли санитарно-эпидемиологическое благополучие населения нематериальным благом или нет, имеются основания ответить утвердительно, поскольку под благом понимается «то, что дает достаток, благополучие, удовлетворяет потребности» [4, С.44].

Устранение вредного воздействия факторов среды обитания на человека и обеспечение благоприятных условий его жизнедеятельности, поддержание его здоровья в удовлетворительном состоянии, без сомнения, соответствует интересам населения и соответствует признакам блага. Нематериальность данного блага заключается в отсутствии у него экономического содержания и в невозможности участия в гражданском обороте. В законодательстве нет разграничения между санитарно-эпидемиологическим благополучием населения и санитарно-эпидемиологическим благополучием отдельных лиц (гражданина, семьи, коллектива, и т.д.). Исходя из того, что население состоит из совокупности индивидов и общностей, обладание ими благом – санитарно-эпидемиологическим благополучием, предполагается, поскольку не установлено иное. В то же время, в силу того, что законодательством не провозглашено право гражданина на санитарно-эпидемиологическое благополучие, обладание им этим благом, в некоторой степени, осложнено из-за отсутствия соответствующих правоотношений – в рамках которых правовая охрана этого блага могла бы осуществляться более эффективно. Как нам представляется, с учетом наличия санитарно-эпидемиологического законодательства, провозглашение права гражданина и иных лиц на санитарно-эпидемиологическое благополучие – вопрос времени.

В литературе давалась оценка благополучию на социологическом уровне: «Благополучие, осознаваемое на уровне социума каждым входящим в него индивидом и социумом в целом, реально в ситуации, когда эмоционально-оценочное отношение социальной группы существующих и «должных», желаемых условий жизнедеятельности позитивно в результате чего эти условия позволяют удовлетворить весь комплекс общезначимых актуальных потребностей и реализовать позитивные интересы и цели» [5, С.67].

Как представляется, подобная оценка рассматриваемому явлению в настоящее время может являться социальным ориентиром, к которому общество должно стремиться. В то же время, в условиях формирования массива законодательных актов не исключены проблемы по поводу установления иерархии благ и признания приоритета одних благ над другими.

В части 2 статьи 41 Конституции Российской Федерации 12.12.1993г. [6] содержится положение, в соответствии с которым, в Российской Федерации поощряется деятельность, способствующая укреплению здоровья человека, санитарно-эпидемиологическому благополучию. Однако, Конституция содержит и другую норму – часть 3 статьи 55, в соответствии с которой, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Положения данной нормы нашли свое отражение и в иных законах – так, абзац второй пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации от 30.11.94 №51-ФЗ [7] практически воспроизводит часть 3 статьи 55 Конституции РФ. Из вышеперечисленных оснований ограничений прав, имеющим отношение к исследуемой теме является охрана (защита) здоровья, составной частью которой является санитарно-эпидемиологический надзор, обеспечивающий санитарно-эпидемиологическое благополучие населения.

Основной закон государства провозглашает важнейшие свободы и права на блага; задачи провозглашения иных прав, свобод, в том числе, установления приоритета одних благ над другими, осуществляются посредством охранительного (регулятивного) воздействия на поведение участников общественных отношений в том числе, посредством создания специальных правовых режимов, в том числе, правового режима санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

М.И. Литовкиной высказана позиция в пользу целесообразности выделения права на безопасность в структуре конституционного права на охрану здоровья [8, С.144], что справедливо – с учетом того, что, например, имеется относительно развитая правовая регламентация безопасности охраны труда медицинских работников при оказании ими медицинских услуг пациентам – при отсутствии соответствующей правовой регламентации безопасности пациентов при оказании им тех же медицинских услуг.

Справедливо усматривается создание превентивных мер в предложении некоторых авторов в необходимости анализа аспектов распространения вновь возникающих инфекционных заболеваний, таких как MERS, SARS, птичий грипп, лихорадка Эбола и учета этих особенностей в различных аспектах деятельности по планированию и проведению градостроительных работ [9, С.175].

Частью 4 статьи 13 Федерального закона от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» [10] одним из оснований предоставления без согласия пациента третьим лицам сведений, составляющих его медицинскую тайну, определена угроза распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений. В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 17.09.1998 N 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» [11] предусмотрены правовые последствия в отношении граждан при отказах их от прохождения медицинских осмотров, от прививок, и т.д. Ряд ограничений прав установлен Федеральным законом от 18.06.2001г. №77-ФЗ «О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации» [12], а также иными законодательными актами.

И.А. Фурсовой отмечается, что несмотря на наличие обширной правовой базы, регулирующей сферу обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, существует ряд проблем в нормативно-правовом регулировании: «санитарные нормы, иные нормативные акты не согласованы между собой, образуя пробелы в санитарном нормировании, содержат различные, иной раз противоречивые и неточные определения в отношении одного термина, в результате чего снижается эффективность государственного санитарно эпидемиологического надзора. Необходимо направить усилия в область реформирования, систематизации и кодификации санитарного законодательства» [13, С.84].

Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения – как публично-правовой интерес – составляет основу безопасности любого общества, что является бесспорным. Данный интерес обеспечивается формированием санитарно-эпидемиологического законодательства – законов и изданных на их основе подзаконных нормативных актов, в том числе, таких распространенных в данной области, как санитарные нормы и правила.

Однако, как показывают исследования, указанные нормы и правила, в значительной мере, содержат комплекс технологических процедур и не регулируют личные неимущественные отношения; на уровне этих актов встречается наибольшее число неясностей в применении права.

Основная проблема правового регулирования данной группы отношений заключается в несоответствии отдельных подзаконных актов федеральным законам. Нередко федеральными законами в отношении подзаконных актов не в полном объеме определены: предмет правового регулирования; объем регулирования; круг лиц, обязанных исполнять требования федеральных законов, во исполнение которых этот подзаконный акт издан, и т.д.

Достаточно зримо эти проблемы обозначаются в части правовой охраны медицинской тайны гражданина при проведении санитарно-эпидемиологических (профилактических) и ограничительных мероприятий. Причем, не только при проведении текущих (плановых) мероприятий, но и при проведении мероприятий в нестандартных, критических ситуациях – когда они вызваны возникновением социально значимых заболеваний или заболеваний, представляющих опасность для окружающих.

Это интересно:  Особенности врачебной тайны в отдельных клинических областях 2019 год

Как указывалось выше, в части 4 статьи 13 Федерального закона №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» одним из ограничений права на медицинскую тайну, определена угроза распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2004 г. N 715 «Об утверждении Перечня социально значимых заболеваний и Перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих» [14] утверждены оба перечня указанных заболеваний. Однако, они устанавливают лишь виды болезней, подпадающих под данные категории, имея целью, в соответствии с частью 2 статья 44 Федерального закона №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определить круг граждан, подлежащих диспансерному наблюдению в связи с наличием у них этих заболеваний.

По содержанию Постановления №715 некоторыми авторами справедливо отмечается, что степень общественной опасности ряда заболеваний, указанных в перечнях социально значимых заболеваний и заболеваний, представляющих опасность для окружающих, является недостаточной для того, чтобы право на отказ от медицинской помощи было ограничено, и гражданин подвергся недобровольному лечению [15, с.36].

Последовательно отстаивая свою точку зрения, ими же небезосновательно указывается, что «в случае ограничения свободы граждан необходимо законодательно установить критерии, на основании которых Правительство РФ сможет те или иные заболевания относить к разряду общественно опасных, поскольку именно это имеет значение при реализации механизма ограничения прав граждан» [16, с.36].

Ни перечни, предусмотренные Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2004 г. N 715, ни иные акты, не содержат регулятивных механизмов, призванных регламентировать деятельность обязанных субъектов в области санитарно-эпидемиологического благополучия в подобных ситуациях на предмет соблюдения личных неимущественных прав граждан – независимо от тяжести и сложности ситуации.

В вышеуказанных нормах не прописана в достаточном объеме процедура предоставления информации о больном, так как не определены: субъект ее предоставления; способы ее предоставления; объем ее предоставления (не определено, какие персональные данные подлежат передаче, и т.д.), не содержатся нормы, обязывающие соблюдение медицинской тайны гражданина, либо определяющие предел ее раскрытия. Не предусмотрена возможность гражданина отказаться от проведения обследования; не определены правовые последствия подобного отказа, и т.д.

Провести скрытно обследование в объеме, предписанных данными нормами – по месту работы, учебы, месту жительства лиц с подозрениями на холеру – без анамнестических процедур, без получения информации о лицах, невозможно.

Во всех перечисленных случаях не установлены элементы правового режима, при котором обеспечивалось бы соблюдение прав пациента, в том числе, на медицинскую тайну гражданина при проведении указанных санитарно-эпидемиологических мероприятий. Аналогично, оставлен без внимания вопрос о наличии такого нематериального блага, как санитарно-эпидемиологическое благополучие у различных его обладателей, заинтересованных в ограничении права на медицинскую тайну у заболевшего гражданина: членов семьи; членов коллектива; соседей; лиц, проводящих санитарно-эпидемиологические мероприятия. Например, не даны ответы на ряд важных вопросов: имеют ли члены семьи право на получение информации о наличии у одного или у нескольких членов этой семьи заболевания холеры? Члены коллектива? Соседи? Если имеют, то, в каком объеме предоставлять им информацию о заболевшем гражданине (гражданах)? Каким способом?

С учетом опасности болезни, ответы могут показаться очевидными.

В то же время, одного лишь установления в законе приоритета одних нематериальных благ (или прав на них) над другими при возникновении инфекций (эпидемий), отравлений, массовых поражений, еще недостаточно, поскольку необходимо дальнейшее развитие положений закона в иных законах или в подзаконных актах – в установленном законом объеме. Тем самым, в подобных ситуациях будет более четко определен приоритет одного блага – санитарно-эпидемиологического благополучия населения над другим на медицинскую тайну, и дальнейшее конструирование правовых норм, в том числе, на подзаконном уровне, должно исходить из этого соотношения.

Проблемы правового регулирования общественных отношений в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия – по аналогии с холерой – можно распространить и на случаи с другими заболеваниями.

Вне всякого сомнения, в условиях наличия сложной санитарно-эпидемиологической обстановки, характеризующейся наличием инфекционных заболеваний, эпидемий, проведение профилактических и противоэпидемических мероприятий, требует от компетентных организаций и должностных лиц принятия экстренных мер, которые могли бы предотвратить быстрое распространение заболевания. Игнорирование нормами санитарно-эпидемиологического законодательства может создать проблемы в обществе и поставить под сомнение возможность нормального его существования. Без введения ограничений на ряд личных неимущественных прав (в том числе, на медицинскую тайну), решение подобных задач может оказаться проблематичным или невозможным.

В то же время, несмотря на актуальность и значимость проблемы, при обеспечении санитарно-эпидемиологического благополучия населения необходимо, по возможности, максимально соблюдать личные неимущественные права гражданина, одним из которых является право на медицинскую тайну. Ограничения не могут быть безмерными, а должны определяться целями и задачами, поставленными перед соответствующим субъектом осуществления медицинской деятельности.

Основаниями ограничения права гражданина на медицинскую тайну могут быть наличие у него инфекционного заболевания, массовых отравлений и поражений. В то же время, число видов инфекционных болезней велико, и каждая болезнь индивидуальна. В силу указанных причин, необходимо детальное уточнение – при каких диагнозах болезней и какие конкретно права гражданина могут быть ограничены. При этом, процедуры установления субъектом медицинской деятельности диагноза инфекционной болезни должны максимально исключать ошибку в диагнозе. Аналогичная ситуация складывается и в отношении массовых отравлений, поражений.

С учетом вышеизложенного, формируются некоторые выводы о возможности решения отдельных проблем правовой охраны медицинской тайны в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

1. Юридическими фактами, лежащими в основе публичного интереса, при котором допустимо ограничение права гражданина на медицинскую тайну, являются: наличие у него признаков инфекционной болезни, массовых отравлений и поражений.

2. Доказательством наличия инфекционных болезней, массовых отравлений и поражений, либо их явно выраженных признаков, влекущих ограничение права гражданина на медицинскую тайну, должен служить диагноз, выставленный субъектом медицинской деятельности в установленном порядке.

3. Перечень инфекционных болезней, массовых отравлений и поражений, при которых право гражданина на медицинскую тайну в отдельных ситуациях ограничивается, должен быть установлен федеральным законом.

4. Ограничение права гражданина на медицинскую тайну в связи с инфекционными заболеваниями, массовыми отравлений и поражениями, должно быть установлено федеральным законом.

5. Правовое регулирование общественных отношений подзаконными нормативными актами в связи с ограничением прав обладателей на медицинскую тайну, должно осуществляться:

-на основании федерального закона;

-с правовой регламентацией, охватывающей группы отношений для достижения поставленных целей;

-в объемах (пределах), установленных этим законом.

Статья написана по материалам сайтов: pediatrino.ru, psychiatr-spb.narod.ru, web.snauka.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector