+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

Решение суда о признании недееспособным судебная практика 2019 год

Недееспособность — навсегда?

Статья 29 Гражданского кодекса РФ устанавливает: «Гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над ним устанавливается опека».

С момента, когда решение суда о признании лица недееспособным и установлении над лицом опеки вступило в силу, в соответствии с п. 5 статьи 37 Гражданского процессуального кодекса РФ — права и свободы граждан, признанных недееспособными, защищают в процессе их законные представители — опекуны. Однако до того момента, пока такое решение не вступило в силу, гражданин имеет право самостоятельно защищать себя (в соответствии с частью 1 статьи 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителя), возражать против установления опеки, а в случае, если вынесено решение о признании его недееспособным, обжаловать его, в том числе самостоятельно. Однако необходимо отметить, что в ходе процессов о признании гражданина недееспособным нередко допускаются существенные нарушения прав лиц, «в интересах» которых поданы заявления о признании их недееспособными. Прежде всего, эти нарушения связаны с тем, что для суда достаточным аргументом необеспечения всех процессуальных прав лица является документально подтвержденное наличие диагноза психического заболевания и утверждения заинтересованных лиц, подавших такое заявление, о том, что в силу психического расстройства гражданин не может осознавать значения своих действий и руководить ими. При этом существует практика, когда заявление рассматривается в отсутствие лица, в отношении которого решается вопрос, причем не только тогда, когда лицо находится на лечении в стационаре, и состояние его здоровья не позволяет ему участвовать в процессе, но и тогда, когда пациент продолжает жить своей обычной жизнью, например, наступил период ремиссии, лицо не находится на лечении, продолжает посещать учебные заведения или работает, но суд просто не извещает его о судебном заседании.

Кассационная инстанция в ряде случаев отменяет решения суда первой инстанции с указанием обеспечить явку лица, в отношении которого решается вопрос,(поскольку в силу п. 2 части 2 статьи 364 ГПК РФ решение подлежит отмене, если дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания), а в ряде случаев суд кассационной инстанции указывает, например, что «в процессе интересы Н. представлял его родственник, подавший заявление об установлении над Н. опеки, следовательно, интересы Н. и право на представителя не нарушены, и оснований для отмены решения нет», в то время как в период рассмотрения дела Н. не были признан недееспособным, возражений врачей против его присутствия на судебном заседании не поступило, и он мог бы самостоятельно выступать в суде, отстаивая свои интересы и представляя свои возражения по поводу установления опеки, поскольку они у него были.

Несмотря на то, что решение суда о признании лица недееспособным не вступает в силу немедленно и может быть обжаловано, суд не считает нужным направлять лицу, в отношении которого вынесено решение, копию решения, а потому лицо автоматически лишается права на обжалование судебного решения, и порой узнает о его существовании после вступления его в силу, что также существенно нарушает право на защиту.

Так, гражданка К. находилась на лечении в психиатрическом стационаре. Находилась долго, около полугода. Но не по той причине, что ей требовалось длительное лечение, а в связи с тем, что дочь отказывалась забирать ее из больницы. Когда же по настоянию врачей (!) К. все же была выписана из больницы и приехала домой, она узнала, что квартира, собственницей которой она являлась, больше ей не принадлежит. В период нахождения ее в стационаре дочь обратилась в суд с заявлением о признании К. недееспособной и стала ее опекуном, a значит, получила право распоряжения имуществом лица, над которым установлена опека. Формально права опекаемого были соблюдены — ей, дочери и внучке была приобретена квартира. Однако в квартиру К. не допускали под предлогом того, что в ней идет ремонт. Опекун не только оставила мать без крыши над головой, но и не давала ей денег, не приобретала лекарств, удерживала у себя ее документы. Совершенно очевидно, что опекун действовала во вред имущественным и неимущественным интересам опекаемой.

Однако как обратиться в суд об отмене такой опеки? Как защитить права лицу, которое без его ведома было признано недееспособным? Очевидно, что в случае действия опекуна не в интересах опекаемого самым сложным является вопрос, кто может обратиться в суд с требованием о замене опекуна или, если имеются основания, об отмене опеки как таковой и признании лица дееспособным?

В соответствии с частью 3 статьи 22 Гражданского кодекса РФ, «если основания, в силу которых гражданин был признан недееспособным, отпали, суд признает его дееспособным. На основании решения суда отменяется установленная над ним опека». При этом гражданским процессуальным законодательством устанавливается круг лиц, которые могут обратиться в суд с заявлением о признании лица дееспособным: в соответствии с частью 2 статьи 286 Гражданского процессуального кодекса РФ, с таким заявлением могут обратиться опекун, член семьи, психиатрическое или психоневрологическое учреждение, орган опеки и попечительства.

В данном перечне отсутствует само лицо, над которым установлена опека и который желает поставить перед судом вопрос о ее отмене. Поскольку гражданин является недееспособным, процессуальной возможности обратиться в суд и инициировать процедуру самостоятельно у него нет. В соответствии с п. 3 части 1 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса РФ, судья возвращает исковое заявление, если оно подано недееспособным лицом, в соответствии со статьей 222 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оставляет заявление без рассмотрения, если оно подано недееспособным лицом. Если говорить о возможности доступа к правосудию, определенное ограничение доступа к суду лиц с определенной степенью психических расстройств оправданно, поскольку направлено на защиту прав других лиц, интересов правосудия.

Однако при этом гражданин не должен быть лишен других способов судебной защиты своих прав, например, должны быть лица, способные действовать в его интересах. Гражданский процессуальный кодекс РФ и Гражданский кодекс РФ рассматривают в качестве такого лица опекуна. Однако на практике опекуны могут быть не согласны с требованием опекаемого о снятии опеки, считая такие требования необоснованными, поскольку основания установления опеки не отпали и лицо по-прежнему нуждается в помощи, поскольку не осознает характера и значения своих действий, либо в случае, когда, как отмечалось, опекун действует вопреки интересам опекаемого, и во многом это связано с имущественными интересами, возможностью распоряжаться всем имуществом опекаемого. Так или иначе, если опекун не считает нужным инициировать процесс отмены опеки, кто это может сделать? Прежде всего необходимо отметить, что если у лица есть опекун, у него нет никакой альтернативы — только он является его законным представителем. Орган опеки и попечительства на обращения лица об отмене опеки дает ответ о том, что не может решить этот вопрос, поскольку именно назначенный опекун является представителем. У лица, которое хочет поставить перед судом вопрос об отмене опеки, может не быть родственников, или родственник является опекуном, либо родственники не интересуются его судьбой и не инициируют процесс об отмене опеки или смене опекуна, действующего вопреки интересам опекаемого.

Гражданин, который хочет подать в суд заявление об отмене опеки, иногда обращается за помощью в правозащитную организацию, которая также не может представлять его интересы, если на это не дано согласия опекуна и надлежащим образом не оформлены полномочия. Обращаясь в суд в интересах гражданина, признанного недееспособным, организация получает определение суда об отказе в принятии такого заявления со ссылкой на п. 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса РФ, на том основании, что заявление подано в защиту прав другого лица организацией, которой в соответствии с настоящим кодексом и другими федеральными законами такого права не предоставлено. Такие определения суд выносит и в случае ссылки общественной организации на статью 46 ГПК РФ ( в случаях, предусмотренных законом, организации вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе), а также на статью 27 Федерального закона «Об общественных объединениях»Федеральный закон от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях»(с изменениями от 22 июля 2010 г.). // Система ГАРАНТ 2010. (право общественного объединения представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях), и даже в случае предоставления копий учредительных документов,явно указывающих на право защиты прав лиц с психическими заболеваниями, а также личного заявления лица в общественную организацию об оказании ему правовой помощи и обращении в его интересах в суд с заявлением о прекращении опеки и признании его дееспособным, либо о замене опекуна Пятин С.Ю. Комментарий к Федеральному закону от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ «Об общественных объединениях» // Система ГАРАНТ, 2006..

Это интересно:  Независимая медицинская экспертиза нижний новгород 2019 год

Таким образом, здесь возникает сложная процессуальная проблема — необходимость оформления представительства. Однако, как отмечалось, сам недееспособный гражданин, обратившийся за помощью в общественную организацию выдать доверенность на представление его интересов не может, законным представителем опекаемого является именно опекун, и только он может передавать полномочия по представлению интересов опекаемого. Если опекун в этом не заинтересован, никакой другой возможности оформить полномочия представителя нет.

В силу Гражданского процессуального кодекса РФ защиту прав лиц, неспособных защитить себя по состоянию своего здоровья или в силу иных обстоятельств, осуществляет прокурор (статья 45 Гражданского процессуального кодекса РФ). Однако обязанности осуществлять такую защиту у него нет, законодательство оставляет ему свободу усмотрения. Это право, но не обязанность. Ситуаций, когда помощь прокурора необходима, множество. Между тем, может возникнуть ситуация, когда опекун возражает против подачи заявления об отмене опеки, а прокурор не предпринимает никаких действий по заявлению недееспособного лица о замене опекуна или отмене опеки. В ответах прокуратуры на заявления общественных организаций в интересах недееспособных лиц чаще всего встречается фраза «права вашей организации данным решением суда не нарушаются», а самому недееспособному лицу дается ответ «ваше обращение поступило не от законного представителя», или «поскольку Вы не могли осознавать смысла совершаемых действий, Вы были признана в установленном законом порядке недееспособной…». Законодательство не содержит норм, позволяющих наказать такого прокурора или заставить его обратиться в суд в защиту интересов лица. Это возможно только если это сочтет необходимым вышестоящий прокурор. недееспособность суд представительство право

К сожалению, это очень большая проблема для лиц, лишенных дееспособности, когда опекун действует не в интересах опекаемого, а самостоятельного процессуального права привлечь опекуна к ответственности или требовать замены опекуна или снятия опеки у недееспособного нет. Oбщественной организации чаще всего отказывают в принятии заявления в интересах дееспособного, требуя доверенности, выданной опекуном. В итоге, если опекун против признания лица дееспособным, а орган опеки и попечительства не реагирует на заявления опекаемого или общественной организации в его интересах, никаких шансов поставить такой вопрос перед судом у признанного недееспособным лица нет, в то время как основания для восстановления дееспособности могут быть очевидны, зато есть риск оказаться в «замкнутом круге», когда недееспособность — навсегдаДеменева А. Недееспособность — навсегда? // wwwСутяжник, 2010..

Проблемы применения норм о недееспособности граждан с психическими расстройствами в судебной практике и пути их решения

Анализ судебной практики о признании граждан недееспособными

В конфликте из-за недвижимости здоровый и адекватный человек без особых проблем может защитить свои права в суде, но всё меняется, когда в роли ответчика выступают пожилые люди или те, кто когда-либо обращался за психиатрической помощью. В этих случаях суд обычно назначает судебно-психиатрическую экспертизу. И здесь трудно переоценить роль врачей-экспертов, от решения которых зависит судьба человека. К сожалению, не всегда они оказываются на высоте. Порой экспертиза пожилого человека проходит на фоне интенсивной психофармакотерапии, которую он плохо переносит. Находящийся под воздействием лекарств человек может выглядеть неадекватно именно из-за побочных действий этих лекарств.

Так, в одном из заключений судебно — психиатрической экспертизы было описано психическое состояние пожилой женщины, которую «привели на комиссию под руки, отмечалось слюнотечение, заторможенность, выглядела растерянной». Говорила она сбивчиво и бессвязно, эксперты сочли услышанное «бредовой симптоматикой». Но на суде «бред» не подтвердился, а женщина, оправившись от воздействия препаратов, дала суду чёткие и ясные разъяснения по существу дела, добившись признания своей дееспособности.

Особенно сложно принять решение, когда речь идёт о психическом расстройстве, проявляющемся лишь в месте проживания пациента и в отношениях с близкими ему людьми. Это так называемый бред малого размаха. Подобное расстройство нередко встречается у пожилых людей: человек неуютно чувствует себя дома, ему кажется, что он подвергается некоему воздействию, а близкие люди желают ему зла. Но стоит выйти за пределы квартиры — и он кажется совершенно здоровым: никто не замечает в нём никаких отклонений. Пациент может успешно работать, адекватно общаться с людьми, отстаивать свои интересы. Но стоит ему переступить порог собственного дома — болезнь возвращается. Человека с такими симптомами следует оценивать как парциально (частично) недееспособного, но подобное понятие, к сожалению, отсутствует в нашем законодательстве.

В России количество судебных дел о признании граждан недееспособными растет год от года. Это вызвано увеличением числа незаконно принятых судебных решений. Незаконность решений во многом обусловлена несовершенством Гражданского кодекса Российской Федерации и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Несовершенство норм Гражданского кодекса Российской Федерации проявляется, прежде всего, в том, что недееспособность психических больных означает полное лишение дееспособности, фактически «гражданскую смерть». Действующее законодательство основано на упрощенном понимании самого феномена дееспособности: лицо признается либо дееспособным, либо недееспособным. Промежуточного состояния законодательством не предусмотрено. Поскольку в законе отсутствует возможность применения ограничения дееспособности, применяются нормы о недееспособности.

Статья 30 ГК РФ об ограничении дееспособности в отношении указанных лиц не применяется, мало того указанная статья в действующей редакции малоприменима. На практике она применяется крайне редко по ряду причин: принудительное лечение алкоголиков и наркоманов, по общему правилу, не допускается; в Уголовном кодексе Российской Федерации отсутствуют нормы об уголовной ответственности за тунеядство; борьбу против алкоголизма и наркомании государство целенаправленно не осуществляет.

Более того, эти граждане в большинстве случае не вызывались даже для производства судебно — психиатрической экспертизы. Свои выводы эксперты делали лишь по кратким выпискам из историй болезни, часто представленным в виде незаверенных копий.

Выявлены факты массового признания одиноких и пожилых граждан недееспособными и утраты ими своих квартир. На существование такой практики еще в 1999 году обращал внимание в специальном докладе «О соблюдении прав граждан, страдающих психическими расстройствами» Уполномоченный по правам человека в России. Однако предостережения ни к чему не привели, нормы о недееспособности на сегодняшний день отались прежними.

Обобщение судебной практики по делам о признании гражданина недееспособным Верховный суд Российской Федерации не проводил. Как итог — продолжение порочной практики необоснованного признания граждан недееспособными.

Лед тронулся только после вынесения Европейским Судом по правам человека решения по делу «Штукатуров против России»(март 2008 года). По данном уделу Европейский суд впервые рассмотрел вопросы соответствия института полной опеки стандартам Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1949 года. До недавнего времени постановления касались, преимущественно, процедурных нарушений при признании гражданина недееспособным. Суд указал, что Гражданский кодекс Российской Федерации проводит различие между полной дееспособностью и полной недееспособностью, однако не допускает пограничной ситуации, за исключением лиц, страдающих от алкогольной и наркотической зависимости.

Впоследствии подобная критика существующей во многих странах системы недееспособности и опеки прозвучала в докладах Генерального секретаря ООН.

Постановление Конституционного суда РФ от 27.02.2009 года указывает на не соответствие Конституции Российской Федерации и Федерального закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» в части положений о недееспособности.

В частности, утратило силу положение ч.1 статьи 284 ГПК РФ о том, что гражданин, в отношении которого рассматривается дело о признании его недееспособным. Должен быть вызван в судебное заседание, если это возможно по состоянию его здоровья в той мере, в какой данное положение позволяет принимать решение суду о признании гражданина недееспособным на основе одно, лишь заключения судебно-психиатрической экспертизы без предоставления гражданину, если его присутствие в судебном заседании не создает опасности для его жизни, либо здоровья, или для жизни, либо здоровья окружающих, возможности изложить суду свою позицию либо через выбранных им самим представителей.

Таким образом, для того, чтобы добиться соответствия законодательства необходимо реформа института недееспособности должна быть комплексной и всесторонней и предусматривать новый концептуальный подход к проблеме недееспособности и ограничения прав граждан с психическими расстройствами.

Как можно обжаловать решение суда о признании гражданина недееспособным?

До недавнего времени нормы ГПК РФ не позволяли большей части граждан, признанных недееспособными, реализовать свое право на обжалование решения суда. Если суд первой инстанции – в противоречие с вытекающими из Конституции РФ требованиями – не предпринимал должных мер к выяснению реальной способности гражданина лично участвовать в судебном разбирательстве, посчитав возможным рассмотреть дело в его отсутствие и, полагаясь лишь на врачебное заключение, не извещал гражданина о времени и месте проведения разбирательства, то в таком случае гражданин узнавал о решении суда о признании его недееспособным, как правило, уже по истечении срока на кассационное обжалование, т.е. когда решение вступало в законную силу и исполнялось. В результате гражданин, не принимавший по указанным причинам участие в судебном разбирательстве лично или через выбранных им самим представителей, не мог воспользоваться и правом на обжалование решения суда, т.к. он как лицо, признанное недееспособным, уже лишался права самостоятельно осуществлять процессуальные права.

Это интересно:  Заведующий судебно медицинской экспертизы 2019 год

Аналогичным образом в правоприменительной практике истолковывалось положение п.2 ч.1 ст.379 ГПК РФ, согласно которому надзорная жалоба, поданная лицом, не имеющим права на обращение в суд надзорной инстанции, возвращается судьей без рассмотрения по существу. Данное положение служило основанием для отказа гражданину, признанному недееспособным, в обжаловании решения, вступившего в законную силу.

Кроме того, гражданин, пропустивший срок на кассационное обжалование в силу того, что он не был уведомлен ни о рассмотрении судом заявления о признании его недееспособными, ни о его результатах, лишался возможности обжаловать решение суда в порядке надзора также и потому, что в соответствии с ч.2 ст.376 ГПК РФ судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции при условии, что исчерпаны иные установленные ГПК РФ способы обжалования.

Постановлением Конституционного Судом РФ от 27 февраля 2009 г. № 4-П положения ч.5 ст.37, ч.1 ст.52, п.3 ч.1 ст.135, ч.1 ст.284 и п.2 ч.1 ст.379 1 ГПК РФ признаны не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой эти положения – по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, в системе действующего правового регулирования кассационного и надзорного производства, — не позволяют гражданину, признанному недееспособным, обжаловать решение суда в кассационном и надзорном порядке в случаях, когда суд первой инстанции не предоставил этому гражданину возможность изложить свою позицию лично либо через выбранных им представителей, притом что его присутствие в судебном заседании не было признано опасным для его жизни либо здоровья или для жизни либо здоровья окружающих.

Конституционный Суд указал, что лицу, в отношении которого возбуждается процедура и принимается судебное решение о признании недееспособным, должна быть обеспечена возможность обращения ко всем имеющимся внутригосударственным средствам правовой защиты от нарушения прав необоснованным признанием недееспособным, включая обжалование решения во всех предусмотренных законом инстанциях в системе судов общей юрисдикции, в т.ч. осуществляющих проверку судебных решений, вступивших в законную силу. Как лицу, участвующему в деле, это право должно быть ему обеспечено до исчерпания всех предусмотренных законом процедур обжалования судебных постановлений, в т.ч. в надзорном порядке, тем более в случаях, когда суд первой инстанции рассмотрел дело и признал гражданина недееспособным в отсутствие самого гражданина и его представителей. Невозможность же обжалования ошибочного судебного решения является нарушением права на судебную защиту.

Федеральным законом от 6 апреля 2011 г. № 67-ФЗ «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» ст.284 ГПК РФ была дополнена частью третьей. Согласно этой норме, если суд первой инстанции не предоставил гражданину возможность изложить свою позицию лично либо через выбранных им представителей, гражданин, признанный недееспособным, имеет право лично либо через выбранных им представителей обжаловать соответствующее решение суда в апелляционном порядке, подать заявление о его пересмотре в соответствии с правилами главы 42 ГПК РФ (т.е. по вновь открывшимся обстоятельствам), а также обжаловать решение суда в кассационном и надзорном порядке.

Не вступившее в законную силу решение суда о признании гражданина недееспособным может быть обжаловано в апелляционном порядке в соответствии с главой 39 ГПК РФ. Апелляционную жалобу вправе подать стороны (заявитель, сам гражданин, в отношении которого вынесено судебное решение, их представители) и другие лица, участвующие в деле. Право принесения апелляционного представления принадлежит прокурору, участвующему в деле, независимо от его личного присутствия в судебном заседании суда первой инстанции.

Апелляционная жалоба, представление могут быть поданы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. Течение месячного срока согласно ч.3 ст.107 и ст.199 ГПК РФ начинается со дня, следующего за днем составления мотивированного решения суда (принятия решения в окончательной форме), и оканчивается согласно ст.108 ГПК РФ в соответствующее число следующего месяца. Если составление мотивированного решения суда отложено на определенный срок, который в силу ст. 199 ГПК РФ не должен превышать пять дней со дня окончания разбирательства дела, судья при объявлении резолютивной части решения суда в силу положений ч. 2 ст. 193 ГПК РФ разъясняет лицам, участвующим в деле, их представителям, когда они могут ознакомиться с мотивированным решением суда, что на основании п. 13 ч. 2 ст. 229 ГПК РФ должно быть отражено в протоколе судебного заседания.

Апелляционная жалоба (представление) может быть подана не только на решение суда в целом, но и на его часть, например резолютивную или мотивировочную. В этом случае суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части. Однако суд вправе проверить решение суда первой инстанции и в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные (новые) доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными (ч.1 ст.327 1 ГПК РФ). К уважительным причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, приобщении к делу, исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения. Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом, если будет установлено, что ссылающееся на них лицо не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно и злоупотребляло своими процессуальными правами.

С учетом предусмотренного ст. 12 ГПК РФ принципа состязательности сторон и положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные доказательства, представить их в суд первой инстанции, возлагается на это лицо. Лицо вправе заявить ходатайство о принятии и исследовании дополнительных доказательств, на которые оно не ссылалось в апелляционной жалобе, непосредственно в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

В соответствии с п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» вопрос о возможности личного участия гражданина, признанного недееспособным, в проводимом в помещении суда апелляционной инстанции судебном заседании необходимо решать с учетом абзаца первого ч. 1 ст. 284 ГПК РФ. Если личное участие такого лица в проводимом в помещении суда апелляционной инстанции судебном заседании создает опасность для его жизни или здоровья либо для жизни или здоровья окружающих и данное обстоятельство подтверждено соответствующим медицинским документом, то апелляционная жалоба может быть рассмотрена судом апелляционной инстанции в его отсутствие.

Такое разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, по нашему мнению, противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной им в рассмотренном выше Постановлении от 27 февраля 2009 г. № 4-П. В обеспечение исполнения данного Постановления законодатель предусмотрел в абзаце втором ч.1 ст.284 ГПК РФ правило о проведении судебного заседания по месту нахождения гражданина в тех случаях, когда его личное участие в заседании, проводимом в помещении суда, создает опасность для его жизни или здоровья либо для жизни или здоровья окружающих. Пленум Верховного Суда РФ, однако, не посчитал нужным распространить данную норму на производство в суде второй инстанции. Кроме того не ясно, что подразумевается в постановлении Пленума под «соответствующим медицинским документом», являющимся достаточным основанием для лишения гражданина права лично участвовать в рассмотрении судом его апелляционной жалобы.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы (представления прокурора) суд апелляционной инстанции вправе: 1) оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения; 2) отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение; 3) отменить решение суда первой инстанции полностью или в части и прекратить производство по делу либо оставить заявление без рассмотрения полностью или в части; 4) оставить апелляционные жалобу, представление без рассмотрения по существу, если жалоба, представление поданы по истечении срока апелляционного обжалования и не решен вопрос о восстановлении этого срока.

Пересмотр вступивших в законную силу судебных решений о признании гражданина недееспособным в судах кассационной и надзорной инстанций, а также по вновь открывшимся или новым обстоятельствам осуществляется в порядке, установленном главами 41, 41 и 42 ГПК РФ.

Это интересно:  Уголовная канцелярия судебно медицинской экспертизы 2019 год

Проблемы применения норм о недееспособности граждан с психическими расстройствами в судебной практике и пути их решения

Количество дел о признании недееспособными неуклонно возрастает. По словам Ю.Н. Аргуновой, такие дела стали показателем официальной статистической отчетности только с 2007 г. Согласно этой отчетности их количество в России с 2007 г. по 2008 г. увеличилось более чем в три раза (с 1605 до 5021 дела) [12,128]. К сожалению, есть все основания утверждать, что рост дел вызван не объективными обстоятельствами, а увеличением количества незаконных судебных решений в связи с «оживлением» в последние годы имущественных сделок, прежде всего с недвижимым имуществом. Многие из граждан, в том числе и с психическими расстройствами, став собственниками своих квартир, впоследствии оказались жертвами разного рода мошенников, лишились своего жилья, стали бомжами.

Адвокат Ю. Ершов, занимающийся отстаиванием прав граждан, которые были признаны недееспособными с явно корыстными намерениями, уверен, что громкие дела с разоблачением черных риэлторов, использовавших недееспособность, – это только надводная часть айсберга. Масса процессов, инициированных алчными родственниками, до сведения общественности не доходит [3]. Незаконность решений обусловлена в основном двумя обстоятельствами: а) несовершенством ГК РФ и ГПК РФ и б) нарушением действующих норм названных Кодексов. Несовершенство норм ГК РФ проявляется, во-первых, в том, что недееспособность психически больных означает полное лишение дееспособности, «гражданскую смерть». Признанные недееспособными не могут самостоятельно осуществлять даже мелкие бытовые сделки, в отличие от другой категории недееспособных – малолетних до 14 лет. Нормы о недееспособности применяются в семейном, жилищном, земельном, гражданском процессуальном, уголовно-процессуальном, административном и налоговом праве. Сами недееспособные граждане не имеют никаких эффективных средств защиты своих прав, поскольку закон запрещает им обращаться в суд и другие органы без содействия опекуна, в том числе и обжаловать решение о признании недееспособным. Таким образом, вместо эффективной формы защиты недееспособность превращается в свою противоположность, – в лишение всех прав, в недопустимое вмешательство в личную жизнь. Во-вторых, действующее законодательство основано на упрощённом понимании самого феномена дееспособности: лицо признаётся либо дееспособным, либо недееспособным. Промежуточных правовых состояний, обусловленных психическими расстройствами, оно не предусматривает. Поскольку в законе отсутствует возможность ограничения дееспособности, приходится применять нормы о недееспособности. Статья 30 ГК РФ об ограничении дееспособности граждан к лицам с психическими расстройствами не применима. Мало того, указанная статья в действующей редакции малоэффективна. На практике она применяется крайне редко по ряду причин: а) принудительное лечение алкоголиков и наркоманов, по общему правилу, не допускается; б) в УК РФ отсутствуют нормы об уголовной ответственности за тунеядство; в) борьбу против алкоголизма и наркомании государство целенаправленно не осуществляет. Однако причины роста незаконных дел гораздо многообразнее: часто это вызвано нарушениями норм ГПК РФ. В России повсеместно наблюдаются случаи незаконного признания граждан недееспособными, которые осуществляются без их вызова в суд. Более того, эти граждане в большинстве случаев не вызывались даже для производства судебно-психиатрической экспертизы (СПЭ). Свои выводы эксперты делали лишь по кратким выпискам из историй болезни, часто представленным в виде незаверенных копий. Выявлены факты массового признания одиноких и пожилых граждан недееспособными и утраты ими своих квартир [15,245].

Нормы о недееспособности остаются прежними. Обобщения судебной практики по делам о признании гражданина недееспособным Верховным Судом РФ не проводил. Как итог – продолжение порочной практики необоснованного признания граждан недееспособными.

«Лёд тронулся» только после вынесения Европейским Судом по правам человека решения по делу «Штукатуров против России» (март 2008). По данному делу Европейский Суд впервые рассмотрел вопросы соответствия института полной опеки стандартам Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1949 г. До недавнего времени постановления касались, преимущественно, процедурных нарушений при признании гражданина недееспособным. Суд указал, что ГК РФ проводит различие между полной дееспособностью и полной недееспособностью, однако не допускает «пограничной» ситуации, за исключением лиц, страдающих от алкогольной или наркотической зависимости.

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2009 г. № 4-П указывает на несоответствие Конституции РФ ряда статей ГПК РФ и Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» в части положений о недееспособности. С этого момента утратили силу ряд норм ГПК РФ:

1) положение ч. 1 ст. 284 ГПК РФ о том, что гражданин, в отношении которого рассматривается дело о признании его недееспособным, должен быть вызван в судебное заседание, если это возможно по состоянию его здоровья, в той мере, в какой данное положение позволяет суду принимать решение о признании гражданина недееспособным на основе одного лишь заключения СПЭ, без предоставления гражданину, если его присутствие в судебном заседании не создаёт опасности для его жизни либо здоровья или для жизни либо здоровья окружающих, возможности изложить суду свою позицию либо через выбранных им самим представителей;

2) правила ч. 5 ст. 37, ч. 1 ст. 52, п. 3 ч. 1 ст. 135, ч. 1 ст. 284 и п. 2 ч. 1 ст. 379¹ ГПК РФ в той мере, в какой они не позволяют гражданину, признанному судом недееспособным, обжаловать решение суда в кассационном и надзорном порядке в случаях, когда суд первой инстанции не предоставил этому гражданину возможность изложить свою позицию лично либо через выбранных им представителей, при том, что его присутствие в судебном заседании не было признано опасным для его жизни либо здоровья или для жизни либо здоровья окружающих;

3) положение ч. 4 ст. 28 Закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», согласно которому лицо, признанное недееспособным, помещается в психиатрический стационар по просьбе или с согласия его законного представителя, в той мере, в какой данное положение предполагает помещение недееспособного лица в психиатрический стационар без судебного решения, принимаемого по результатам проверки обоснованности госпитализации в недобровольном порядке. В Госдуме к первому чтению подготовлен законопроект, где предложено обязать «надлежащим образом» извещать граждан, которым грозит ограничение или лишение дееспособности, «о времени и месте судебного заседания». И только когда такой человек будет обо всём информирован, но не явится в суд без уважительной причины, дело можно будет рассматривать в его отсутствие. Законопроект до сих пор не принят. Нет сомнений в необходимости устранения пробелов в нормах, перечисленных в Постановлении Конституционного Суда. Однако вряд ли данный законопроект существенно повлияет на ситуацию. Для того чтобы добиться соответствия действующего в этой сфере законодательства не только Европейской конвенции, но и Конвенции ООН о правах инвалидов и рекомендациям Комитета Министров Совета Европы, реформа института недееспособности должна быть комплексной и всесторонней и предусматривать новый концептуальный подход к проблеме недееспособности с психическими расстройствами. Предлагаются различные варианты этой реформы. В частности, ссылаясь на длительность её осуществления, полагают необходимым проводить её поэтапно. На первом этапе должны быть предусмотрены первоочередные меры, которые могли бы уже сейчас исправить особенно вопиющие недостатки существующей системы. Эти меры могли бы включать в себя, в частности, более чёткую регламентацию обязанностей опекунов и органов опеки; введение ограничений на вмешательство в личную жизнь граждан, признанных недееспособными и т. д. Такие предложения являются попыткой «косметического ремонта» норм о недееспособности. Они не приведут к ощутимому эффекту хотя бы потому, что не будут иметь основы – норм ГК РФ, соответствующим новым условиям. Поэтому на первом этапе должны быть изменены ст. 29 и ст. 30 ГК РФ, поскольку именно они создают условия для последующих изменений. Следует решить проблему защиты больных, патология психики которых не требует признания их недееспособными, без дополнения ГК РФ нормой об ограничении дееспособности вследствие психического расстройства невозможно. Нормы о недееспособности и опеке должны быть сохранены в ГК РФ, как было сделано и в некоторых других странах при пересмотре норм об опеке и недееспособности (в частности, во Франции и Эстонии). Однако сохранение полной недееспособности не означает, что ст. 29 ГК РФ не нуждается в корректировке. В любом случае недееспособный не должен быть лишён способности осуществлять самостоятельно те виды сделок, которые разрешены законом малолетним. Кроме того, при возможности благоприятного прогноза или неопределённости перспективы развития болезни возможно установление недееспособности на срок

Статья написана по материалам сайтов: vuzlit.ru, sudmedrmpc.ru, einsteins.ru.

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector